Карлос Гардель

   

Меделлин, в июне после полудня

 

Прошло шестьдесят  восемь лет после трагедии, но мы и сейчас спорим о ее причинах. 24 июня 1935 года в Меделлине завершилась жизнь Гарделя, поставив точку в финальной части мистической истории.F31 до трагедии

Официальные источники заявили тогда: «катастрофа возникла неожиданно, при слиянии двух факторов различной природы, первый – это потеря управления на самолете F-31 и второй –столкновение с трехмоторным самолетом Манизалс.  Потеря управления периодически происходит, она возникает из-за топографических и аэрологических недостатков, присущих «Олья Херрера», аэродрому Меделлина. Второй фактор явился случайностью как результат аэрологического феномена, присущего упомянутому аэродрому, он заключается в неожиданном появлении порыва ветра, который возникает в этом месте, особенно в послеполуденные часы и который длится несколько минут… 24 июня этот феномен случился за десять секунд до крушения, очень интенсивный поток воздуха южного направления…»

Однако на сегодняшний день имеются другие версии случившегося, противоречащие тем, которые были опубликованы. Некоторые говорят о непримиримом соперничестве между двумя компаниями, которые были главными участниками трагедии: SACO (Колумбийское авиакомпания) и SCADTA (Колумбийско-германская компания аэроперевозок) или более точно, между пилотами Эрнестом Сампером Мендозой и Гансом Ульрихом Томом. Другие говорят о возможно случившемся споре между Гарделем и Ле Пером, который мог закончиться роковым выстрелом в шею пилота.

Жозе Агьюлар, один из трех уцелевших после пожара в самолете, всегда колебался в утверждениях по этому вопросу.

Аэродром Олья Херрера, Меделлин 14:58 после трагедии6 июня 1936 года он рассказал журналу «Новелла», что трагедия случилась вследствие давнишних разногласий между двумя пилотами, и это утверждение самое распространенное. Между тем, Изабель дель Валле (книга «Сэр Гардель», изд.1990 г., стр. 22) говорит, что она слышала от Агьюлара другие опрометчиво брошенные фразы. Она говорит: «Я могу повторить, что Агьюлар говорил мне … Он сказал, что Ле Пера, который был продюсером, организовал Карлосу выступление на стадионе, но без усилителей;  публика, плохо слыша исполняемые песни, явно демонстрировала свое неудовольствие. Это испортило настроение Карлосу и он решил порвать с Ле Пером… Они стали спорить в самолете, и Ле Пера достал пистолет и выстрелил, но пуля попала не в Карлоса, а ранила в шею Сампера, и самолет начал терять управление…»

В другом интервью, опубликованном в четвертую годовщину события, Агьюлар полностью изменил свои слова. Он утверждал, что самолет имел излишек груза и по этой причине при приземлении в Меделлине, он потерял стабильность, что приблизило трагедию; что вес самолета был больше из-за двенадцати катушек с фильмами, которые были под сиденьями, и добавляет: «во время крушения никто никак не переместился. Говорили, что Карлитос кричал и бил в стекло. На самом деле, крыло трехмоторного самолета, который оказался против нас, воткнулось в F-31 и обезглавило некоторых пассажиров. Общественности стало известно позже, что Карлитосу Гарделю отрубило ноги, его страдания были недолгими…»

В самолете SCADTA В «Акте исследования трупа после гибели», подписанного докторами Антонио Ю. Осапина, Лучано Рестрепо Исазой, Джулио Ортизом Веласкузом и Луисом Карлосом Монтоя  констатируется, что труп Гарделя «найден лежащим и придавленным клапанами одного из двигателей. На нем золотая цепь без часов, браслет на запястье. Из его одежды извлечена цепочка с несколькими ключами и маленькая жестяная бирка, на которой написано: «Карлос Гардель, Джан Джурес 735 Буэнос-Айрес» … Рядом найдены обоженные по краям нотные бумаги песни «Куэста Абайо».

Та же история повторена в  третьей папке обвинительного дела, составленного Вторым Высоким Судом Меделлина, где записано заключение по результатам обследования трупа Гарделя.

Все исследования, сделанные позже, акцентируют внимание как на основной причине трагедии, соперничество между двумя пилотами. Теренцио Спаини – аргентинский эксперт по воздушным судам и происшествиям в воздухе – в сороковые годы опубликовал свои собственные выводы о событии, сделанные после анализа целого ряда документов, имеющих отношение к происшедшему и опросов всех свидетелей трагедии: «Невозможно понять, что произошло,  если не принять во внимание, что самолеты, участвующие в драме, принадлежали двум компаниям, которые жестоко соперничали между собой». Это был серьезный спор, так как здесь были задействованы национальные интересы, затрагивающие «идеи патриотизма, суверенитета и эмансипации». SCADTA было немецким коммерческим аэропредприятием – первым основанным на американском континенте и вторым в мире – и было орудием распространения нацистских планов. В свою очередь, Эрнест Сампер Мендоза «был не как всякий человек», а новатор и носитель национальной гордости. «Его жажда независимости помогла ему войти в компанию SACO даже с его небольшими деньгами».

Из-за этой конкуренции, пилот компании SCADTA Ганс Ульрих Том, 20 июня, незадолго до трагедии, на аэродроме в Теко выполнил «снижение очень близко к поверхности, демонстрируя свое мастерство самолету F-31, пилотируемому Сампером Мендозой… Такая демонстрация разногласий создала очень специфичную ситуацию 24 июня 1935 года, когда, движимый национальной гордостью, Сампер решил в свою очередь напугать своего германского коллегу, направив свой самолет прямо на него, с целью увернуть в последний момент. Но влияние непредусмотренных факторов привело  к катастрофе».

Карлос Гардель в Боготе 24 июня 1935 годаТа же идея было подхвачена Федерико Сильвой из уст доктора Жиберто Лопеза и опубликована в «Эдиториал Альфа» в 1971 году: «В период моей работы в компании SCADTA я отчетливо видел неприкрытую неприязнь работников компании к пилоту Эрнесто Самперу. Я вспоминаю, как служащие Юсус Селис и Юсус Падилла рассказывали мне о своих опасениях, что несчастный случай может произойти с Сампером, и я предвидел тоже, что что-то должно с ним случиться».

Спайни возражает высказываниям Агьюлара, о том, что самолет имел избыток грузового веса, но говорит о выстреле: «вскрытие трупа колумбийского пилота, выполненное доктором Тамайо Лемосом, указало на признаки выстрела в голову… Выстрелили снизу (пуля прошла в голову через челюсть).  Поэтому теория о том, что в пилота выстрелили сзади, и, следовательно, произошло это внутри самолета, терпит поражение». В новостях на следующий день после трагедии было сказано, что второй пилот Менизалса, Вильян Фурст был «найден мертвым с пистолетом в руке и обугленной гильзой рядом», что наводит на мысль, что он совершил самоубийство, потому что несчастье было неизбежно.

То же говорит колумбийский писатель Марио Сармьенто Варгас в своей книге «Правда о смерти Карлоса Гарделя», опубликованной в 1945 году: «Кто опознавал тела, отмечали, что тело упомянутого пилота было полностью обугленным, с руками, поднятыми вверх, в его правой руке был зажат пистолет, из которого выстрелила пуля. Его череп также обгорел, но можно увидеть отверстие в том месте, где прошла пуля; это также говорит о том факте, что, предчувствуя надвигающуюся и неизбежную вероятность сгореть живьем, он предпочел убить себя».

Вывод Спайни был другим. Он полагал, что «второй пилот (самолета Менизалс) стрелял в F-31 в отчаянии от паники и страха, когда увидел надвигающийся самолет», и думает, что пуля, пройдя через фюзеляж двигающегося самолета, попала в голову Самперу Мендозе через нижнюю челюсть. Вследствие этого F-31 круто упал на середине операции по набору высоты.

В 1991 году в Боготе – Колумбия – вышла книга «Карлос Гардель, его жизнь и его песни», написанная Джеймом Рико Салазором, который изучил архивные материалы Комиссии по расследованию несчастного случая. Он отмечает, что члены комиссии «были ограничены рамками исследования того, что произошло в аэропорту, одним днем, и не выходили за эти пределы, чтобы узнать, что предшествовало трагедии». В основном он повторяет то, что было рассказано Спайни, заключая, что Сампер «из-за личных мотивов, желая отомстить, совершил рискованные маневры, которые в результате лишили нескольких человек жизни».

Через столько лет невозможно совершенно точно узнать правду о том, что случилось на самом деле, но, особенности данной трагедии дают основания считать верной теорию о соперничестве между двумя компаниями и их пилотами.

В технико-экспертном заключении, подписанном докторами Франциско Родригесом Мойей и Эпифанио Монтойей, выполненном по указанию главы охраны правопорядка в Меделлине Антонио Рико, доказывается, что направление, по которому двигался самолет F-31 было «удивительно последовательно», особенно, судя по следу левого колеса, которое можно описать как «четкая геометрическая линия». Машина описала 30° непрерывную параболу по направлению к самолету Мэнизайлеса, который стоял напротив ангара. Они не нашли ни следов зигзагов, которые означали бы намерение откорректировать направление, ни следов торможения.

В 1984 в Меделлине Горацио Феррер интервьюировал Антонио Хенао Гавирия, одного журналиста, присутствовавшего в самолете Менизалес в тот полдень 24 июня 1935 года. Гавирии был 81 год на момент интервью, но он обладал удивительно точной памятью. Он вспомнил, что через 200 метров после старта F-31 резко изменил направление и двинулся прямо на Менизалес, не взлетая.

Столкновение самолетов, он сказал, было похоже на взрыв атомной бомбы, который ослепил весь аэропорт. Пеной из огнетушителя с пожарного щита он облил горящего Жозефа Плайя, чем спас ему жизнь. Впоследствии между ними возникла дружба. Когда поинтересовались причинами катастрофы, Гавирия сказал: «Однажды Сампер рассказал мне, как германский пилот Ульрих Том пролетел над ним в самолете-одиночке, который у него был, тем самым бросил вызов, и он ждет шанса отомстить ему в один из дней… Я думаю, что он (Сампер) попытался выйти на взлетную полосу и пролететь прямо над ним, но он не был очень опытен в управлении трехмоторными самолетами, так как до этого летал на меньших самолетах, и потерпел поражение …».

Гардель в Меделлине, последнее фотоПохожие утверждения Антонио Хенао Гавирии содержатся в книге Рудольфа Омара Затти «Гардель, последние 544 дня» (изд. Коррегидор,1992): «Несколькими днями раньше Том вез архиепископа города Ибагью, столицы Толимы, в своем самолете, и когда он пролетал над самолетом Сампера, то жестикулировал, как бы говоря «смотри, кого я везу, давай-ка посмотрим, кого везешь ты»… Я думаю, что Сампер хотел отплатить ему, поэтому в Меделлине на взлете он поменял направление в сторону противника, чтобы показать ему людей, которые были у него на борту, но из-за сильного приближения к самолету и своего небольшого опыта в управлении самолетами такого типа, он не смог вырулить, и ужасное столкновение произошло 24 июня 1935 года в 14:56».

Показания свидетелей и заключения экспертов совпадают: Сампер отклонил F-31 от курса, направив его прямо на самолет Менизалс.  Все говорит о том, что это был опрометчивый поступок, а не чистая случайность.

Жозе Плайя, секретарь Гарделя, был с Карлосом во время всего тура, и является один из трех выживших. Он добавил еще один факт.  25 июня 1969 года, через 24 года молчания он согласился дать интервью для аргентинской газеты «Правда». Плайе было 69 лет и пальцы на его обеих руках были ампутированы как результат пожара в самолете. «Я был ответственным за то, чтобы нанять самолет для нашей поездки из Боготы в Гали, и я разговаривал с капитаном Молиссоном (от редакции: Плайя упоминает Мориссона как одного из пилотов, который управлял F-31, следуемый из Боготы в Меделлин), замечательным пилотом, который вместе с Сампером организовал предприятие, богатым человеком, который купил два самолета на свои деньги… В ночь перед отправлением Моллисон сказал мне, что если мы взлетим раньше, мы сможем лететь без остановок до Гали потому что перелетим Альпы без тумана и не нужно будет лететь  очень высоко, мы сможем иметь до краев заполненные бензиновые баки. Но мы взлетели в десять утра и бензобаки были заполнены до половины, что вынудило нас остановиться в Меделлине для заправки… За игрой в покер ночь сильно продлилась…Мы взлетели позже из-за покера и пилот был вынужден изменить свои планы и лететь с заполненными до половины баллонами, потому что был густой туман, и мы были вынуждены приземлиться в Меделлине…»

Смерть обычно является концом страстей, но не в случае с Гарделем. Июньская трагедия дала начало острым дискуссиям, которые продолжаются до сих пор, спустя шестьдесят восемь лет.

Власти Колумбии до сих пор утверждают, что, то, что случилось в Меделлине, было предопределено, но немногие в это верят. Гардель даже умирая, создал миф.

История полна событий, которые возникают вследствие цепи обстоятельств. Возможно, история песни танго могла бы пойти другим путем, если бы не покер и не опрометчивый поступок Сампера Мендозы.

Рикардо Остуни
оригинал статьи опубликован в  журнале «Танго клуб» №14,
май-июнь 1995 года, Буэнос-Айрес
перевод: Анна  Филимонова

Примечание. Фото 3.
Эта фотография была сделана в самолете SCADTA "Кали" 14 июня 1935 в приблизительно на высоте 2000 м., возможно секретарем Гардэля, Хосе Корпасом Мореноом, в течение полета от Меделлина до Боготы, за десять дней до фатального несчастного случая. Замеченные пассажиры: Алфонсо Аззаф, Ангэль Риверол, Хосе Маря Агилар, Гильермо Барбьери, Карлос Гардэль и неопознанный пассажир.

© www.todotango.com
© www.gardelweb.com - фото 3

вернуться